guriny (guriny) wrote in novouralsk_2014,
guriny
guriny
novouralsk_2014

Category:

Толстые куропатки "десятирублёвого " города.



Мы ездили в Красноярск. Мы были в Сибири! В это до сих пор с трудом верится, но это так. До сих пор мы бывали только в Западной Сибири. Тобольск, Тюмень, Ханты-Мансийск. А тут – сразу Красноярск. А он к какой Сибири относится, к Западной или к Восточной? Оказалось - ни к той, ни к другой. Для Красноярского края есть своё название. Енисейская Сибирь. Большие и белые буквы с этим названием я видел на каком-то склоне. У кого-то Голливуд, а тут Енисейская Сибирь. Путешествие наше длилось шесть дней. Три дня на дорогу и три там. Каждый день был насыщен событиями самыми разными. Поэтому повествование будет в трёх частях. По числу дней, которые мы провели в Красноярске.








Ехать в Красноярск нам предложила Женя.
-«Ураловеды» поедут, ну и мы с ними. Нас набралось четыре человека – Женя, Артём и мы с Алей. Самих же «ураловедов» ехало человек двенадцать. Мы обрадовались, что поедем в составе организованной группы, что нам всё покажут и всё расскажут. Что не нужно будет беспокоиться о том, где спать. Несколько дней мы добросовестно изучали в Интернете достопримечательности города Красноярска. Музей Сурикова, музей Астафьева, ещё какой-то музей и Ленинский пароход. Плюс заповедник «Столбы», который по слухам находится прямо в черте города.
-А это мы увидим, а хорошо бы ещё и вот это увидеть… А вообще, мы едем в Сибирь, и это здорово.
Грузимся в поезд со своими рюкзаками. Поехали! Опять уснули на Урале, проснулись уже в Сибири.



Первое впечатление от Сибири было странным.
-И это Сибирь? А где тайга?



Мы едем по Омской области, потом по Новосибирской. И везде степь. Чахлый лесок, берёзки какие-то. Странно. На Урале у нас лес, в Тобольске – тоже лес. Даже в Подмосковье – и там лес. А тут как по Казахстану едешь.



И только большие табло на станциях показывают температуру. Где минус 22 а где и минус 25. Холодно. Значит и вправду Сибирь.



Разговорились с женщиной из Омска.
-А что, Омск и вправду самый депрессивный и бескультурный город?
-Нет конечно. У нас и театры, и художники известные. У нас сам Курентис.
- Кто это?
Оказалось, что Теодор Курентзис (мы просто неправильно расслышали фамилию)– это знаменитый дирижёр. По национальности он грек, учился в Петербурге, работал в Перми.
-Теперь его переманили в Омск. И вообще, здесь очень сильная музыкальная школа, сильные традиции. Она берёт начало ещё от тех музыкантов, которых эвакуировали в Омск в войну.



Вот ведь как. Открылся иной взгляд на то, что такое культура города. Для одних культурный город – это там, где на улицах чисто, где толково организован общественный транспорт, грамотно уложены тротуары и нет уродливых зданий и уродливых реклам. А другим до этого почти нет дела. Ибо для них культура – это артисты и художники.
-А Сталин наш город не любил, говорил, что Омск - «столица белогвардейцев», потому что именно в Омске был штаб Колчака.
Хотели в Омске построить два дома со шпилями по бокам какой-то улицы. Построили только один. Второй дом, как говорят, не дал построить лично Сталин. Сказал, что «хватит им, «белогвардейцам». Кстати, в Красноярске два дома со шпилями по сторонам одной улицы таки есть. Сам видел. Вероятно, Сталин Красноярск любил.

Омск из окна поезда


Памятник погибшим революционерам в городе Татарске


Мечеть в Татарске


На вокзале в Барабинске побежали за пивом. Магазин в двух шагах от вокзала. И название такое чисто сибирское - «Мария Ра». Мы ломим прямо в тапочках, в штанишках коротких. Типа мы тоже такие «сибирские сибиряки». А холод собачий на улице.



Никто из нас маску надеть не догадался. Охранник предупредил:
-Я вас с территории выпущу. А назад вход только через вокзал, через досмотр.
Вот ведь блин! Близко расположенный магазин повернулся к нам немного не тем боком. Как бы нам на поезд не опоздать. Ну да ладно. Поезд в Барабинске стоит долго – целых полчаса. Бежим, скользим, влетаем в магазин.



А там, на кассе очередь. Хоть небольшая, а страшно. Мнёмся и ждём, пока какой-то мужик рассчитается за купленные мандарины. Далось нам это пиво, неужто без него не потерпели бы? Вторая очередь – в дверях вокзала, на интроскопе.
-Пустите нас. Нам на поезд.
-А нам тоже на поезд – говорят люди, стоящие с нами в одной очереди.
Наконец добежали. Успели!



А если б не успели, то пришлось бы нам куковать в своих шлёпанцах и коротких штанишках. Кстати. Здесь, в Сибири, люди до сих пор ходят в меховых шапках. У нас такая шапка – редкость. Зимы ведь тёплые стали, чего ж тогда моль кормить? А тут нет. Многие в мехах. У кого-то и хвост лисий на шапке. Лет двадцать не видел шапки с хвостом.



Постепенно за окном вагона темнеет. Скоро проедем Новосибирск. А за ним будет сначала Юрга, потом Тайга. Наверное, сразу за Тайгой лес и начнётся. Не зря ж такое название станции дали. Тайгу проехали совсем в темноте. Лесов не было и там. Хотя ночью много не рассмотришь.



Людей в поезде было набито под завязку. Выходили одни и сразу же входили другие. Наверное, в вагонах станет чуть просторнее после Красноярска. Там крупных городов не будет, и до самого Северобайкальска, куда идёт поезд, встречаются лишь крошечные станции. Утром показался Красноярск. Огромные, лысые, безлесные горы, дома, домики. Всё. Приехали.



На вокзале мы все собрались вместе. И тут нас ожидал первый сюрприз:
-У кого на телефоне есть «Яндекс-такси»? – спросил Игорь, наш предводитель – Сейчас закажем четыре машины и поедем на скалу Голубка и ещё на одну скалу – Караульный Бык.



Но чтоб прямо с вокзала… Как-то не так представлял я нашу первую прогулку по Красноярску. К тому же «Яндекс-такси» - это для нас что-то бесконечно далёкое. Нам в маленьком Новоуральске не нужно ставить на экран телефона точку с координатами. У нас каждый таксист знает весь город до последнего закоулка.
-Поставьте координаты и едем. За вами уже пришла белая «Хонда».
Немного ошеломлённые, грузимся в машину. А на привокзальной площади, на вершине колонны, стоит бронзовый лев с лопатой и равнодушно смотрит на нас.



Почему лев? Это что, символ Красноярска? Вот не какой-нибудь лось, олень или волк – сибирский зверь, а целый лев. Как будто тут львы в лесах под каждым кустом. Подножье «львиной» колонны закрыто поликарбонатом. Зачем? Оказывается, это фонтан. И его на зиму закрывают таким вот солидным чехлом от холода.



Едем по городу, и он кажется мне хмурым и мрачным. Дома, заборы – всё серое. Заборов много. Как нам потом сказали, их построили к Универсиаде, чтоб скрыть от взоров зарубежных гостей какие-то особо убогие домишки.
-А тут у нас живут чиновники – говорит водитель.
Для чиновников и просто богатеньких построен целый городок. Называется Сосны.
-Тут хорошо – говорит водитель – если стекло опустить, то так хвоёй и запахнет.
Когда за окном почти тридцать градусов мороза, окно опускать никак не хочется. Да и вряд ли чем-то будет пахнуть в такой холод.
- У них, у чиновников, номера специальные. С буквами КРК, что означает «Красноярский край». Вон, перед нами джип белый едет, как раз с такими номерами.
Надо же, какая тут «кадыровщина» в Сибири. У прихвостней Рамзана Кадырова в Чечне тоже есть специальные номера с буквами КРА. Что означает «Кадыров Рамзан Ахмадович». Мы выехали за пределы города. И тут начались горки. Горки были крутые, накатанные, посыпанные песком лишь слегка. На спуске машину нашу потащило чуть боком, а на подъём забраться она не смогла.
-Извините, ребята - сказал нам шофёр – дальше я поехать не смогу. Придётся вам пешком. Тут ещё километра два.
-Может вас подтолкнуть? – предложили мы. Всё ж нас четверо. От предложенной услуги водитель отказался. Он знал, что следующая горка будет ещё круче.



Вылезаем из машины и идём в гору. Выше. И выше. И ещё немного повыше. Места кажутся совершенно дикими. Ни одного человека, ни одного домика. Лес. И снег. И ветер. Бахилы скользят. Мы ведь надевали их, рассчитывая на глубокий снег, а не на горку. Приходится друг друга поддерживать.



Натягиваем капюшоны – без них холодно. Волосы обмерзают и покрываются ледяной коркой.



Вдали мелькают какие-то скалы. И Енисей где-то совсем далеко. На снегу следы «невиданных зверей». Но дорога есть, и она укатанная. Куда-то же по ней ездят. Женя посмотрела в свой навигатор и сказала, что до места нам идти километра два и всё по этой дороге.



Где-то здесь же есть и пещера. И тоже называется Караульная. Много в Красноярске всего караульного. Сильно предкам приходилось караулить свой дом от неведомых кочевых племён. Мы понимаем, что и остальные машины с нашими товарищами сюда не поднимутся. Но надежда ещё есть. А вдруг всё-таки доедут? Но мы уходим всё дальше, а такси нет.
-«Убер» под горою умер.



-А может тут и волки есть?



Объявление на столбе. Не могу разобрать, что там написано. «Залегание ведмедей»? Подходим ближе. Нет, это всего лишь «Эвакуатор–вездеход». Но и это довольно зловеще. Если что с машиной случится, то ничем, кроме вездехода её отсюда не вытащить. И сам эвакуатор тоже нарисован – какой-то жуткого вида трактор с колёсами, обмотанными цепями. Вот она, Сибирь-то.



Переваливаем через горку. Лес здесь примерно такой же, как у нас на Урале. Но всё равно страшно. Тайга. Мы её в омских степях искали, а она вон где.



Выходим к кладбищу и какому-то посёлку. Надо же, здесь люди живут, хотя в это и не верилось.



И собаки здесь живут вон какие здоровенные. Есть среди "ураловедов" один молодой человек.Георгий. Он же Гера, он же Гоша, он же Гога. Он нам рассказывал, как его укусил алабай.
-Мы за столом сидели, а он под столом. Я его случайно пнул, а он меня за ногу тяпнул, почти до кости прокусил.



И тут перед нами возникает скала Голубка. Скала действительно напоминает голубя. Выгнутая грудка, острый носик. Скалы здесь совершенно не такие, как у нас, на Урале. Круче, резче, страшнее, причудливее.



Нас нагоняют наши товарищи.
-А почему вы нас не подождали?
Теперь мы идём уже всей компанией, звонко скрипя снегом.



На скалу Голубку мы не полезем. Высоко и практически недоступно. Зато лезем на Караульного Быка.



Подъём на него оказывается неожиданно крутым. Метров двадцать приходится лезть, хватаясь руками за деревья. Хорошо, хоть снега немного. Мы скользим, падаем, но упорно карабкаемся вверх. Нас утешают:
-Завтра, когда пойдём на Манскую петлю, будет примерно также. Но в десять раз длиннее.



И вот, мы наверху. Простор вокруг удивительный. Горы, леса, река, серые скалы. Енисей здесь не замерзает ни в какие морозы, и у него довольно быстрое течение. Быстротекущая свинцовая река, пар и клочья тумана над ней. Снег вокруг. И ветер.





Всё выглядит величественно и угрожающе. Совсем не так, как наши мирные реки и озёра, покрытые льдом и пушистым снегом. Ни одной лодки не видно на Енисее, ни одного кораблика. И рыбака ни единого.





Хотя вроде бы и река не замерзает, и плавать по ней можно на десятки километров и зимой. Почему не плавают и почему не рыбачат? Наверное, просто опасно. Вечный туман, течение, холод.



А чтобы забросить удочку, нужно подойти к воде по ледяному краешку. Подломится краешек – тут тебе и конец. Да и леска в таком холоде и тумане просто заледенеет, как наши волосы. Это ощущение угрожающей мощи останется у меня от Енисея на все три наших сибирских дня.



Вдруг вижу далеко внизу льдину довольно правильной прямоугольной формы. Её тащит течением, поворачивает, относит всё дальше и дальше. Может быть там, севернее и ниже по течению, великая сибирская река выглядит не так. Енисей там, наверное, мирный, замёрзший и белый, как и все прочие реки. Но здесь, на протяжении почти ста километров он страшный.



Горы здесь очень крутые, высота большая. А люди внизу кажутся совсем маленькими. Лучше отсюда не падать, потому что упадёшь сразу в воду, а наверх не выберешься.



Прямо на вершине Караульного Быка к нам присоединяется вот такая собака. Собака очень общительная, ко всем подходит, подаёт лапку.



И не остаётся без вознаграждения. Кто ей даёт хлеба кусок, кто колбаски, кто сыру. Мы даём крабовую палочку. Собака сначала воротит от неё нос, потом медленно и презрительно съедает.



-Это ведь Жуча.
-Ага. Жуча-Суча – говорит Женя.



А Игорь сказал нам, что в Интернете эта собака упоминается. Её встречают тут все без исключения компании туристов, которые поднимаются на Быка. Ну, и если имеется у нас такая Жуча, то нужно с ней сфотографироваться.



Лезем вниз. Оказывается, тут не столь безжизненно, как мы предполагали. Хоть людей и нет, но машины появляются. Это всё довольно большие вездеходные джипы. Других машин жители посёлочка не держат. Впрочем, встречаются люди и на машинах попроще. Но им приходится надевать на ведущие колёса своих автомобилей вот такие цепи. Один мужик ругается.
-В магазине продали цепь чуть большего размера. Теперь нужно ухитриться и притянуть её к своему колесу.
Да уж, это Сибирь, детка!



А если уж нам не суждено вызвать отсюда такси, мы идём до автобуса. Ближайшая остановка называется «Посёлок Удачный». Это километра три или четыре отсюда. Идём какой-то другой дорогой, по лесу. Енисей иногда проглядывает между деревьями





Сибирская забава - насыпь снег за шиворот своим товарищам.



Проходим мимо закрытого на зиму детского лагеря. Что характерно – Жуча бежит с нами. Иногда ей достаётся что-нибудь съестное, а потом кормить прожорливую псину нам просто надоело. Но она всё равно бежит с нами. По сторонам дороги изредка попадаются бетонные столбы со львами. Такая вот граница Львиного Королевства по имени город Красноярск.



Подходим ближе к цивилизации и думаем, да когда же эта Жуча от нас отстанет и побежит домой.
-А может взять её с собой на Урал?
Вопрос с собакой решился быстро и неожиданно. Возле нас остановился очередной джип. Из него вылез мужик. Он без лишних слов схватил Жучу, которую мы считали почти нашей, засунул в салон своей машины. И уехал. Это произошло так быстро, что я не успел вытащить фотоаппарат.
-Как?
-Кто это? Хозяин?
-А может это кореец был?
Потом мы решили, что это был не кореец, а всё ж хозяин. И зачем ему кормить свою собаку, когда можно не кормить, а чуть-чуть сэкономить? Выгнал её попастись, подкормиться у туристов, а потом обратно забрал. Сплошная же выгода.
В посёлке Удачном автобусная остановка.



На ней написано, что автобус ходит три раза в день. Чтобы городской автобус ходил всего трижды в день?
-Но ведь написано же. Вон три рейса- 6.33, 13.27 и 23.30.
-Что делать-то будем? Пойдём пешком до другого автобуса или опять такси вызовем?
Потом Игорь сказал:
-На самом деле автобус ходит регулярно, и мне просто не хотелось портить такую хорошую «фишку», как трёхразовое расписание.



И только приехав домой, я понял, что в расписании не три рейса в день. Первые цифры - начало движения автобуса, вторые -интервал движения 13-27 минут, третьи цифры окончание движения.



Возле остановки бездомные псы. Они добродушны, но нам нечего им подать.. Всё, что должно быть скормлено собакам в этот день, уже съела подлая Жуча. Псы, они конечно добрые, но вот глаза как у волка.



Из какого-то двора вышла старушка с небольшой мисочкой и стала кормить псов. Причём кормила только своих, которых у неё двое, а остальных отгоняла. Псы ели спокойно, не грызлись. Сначала свои, потом все остальные. Всем бедным тварям досталось из маленькой мисочки понемножку.



Суровый сибирский котя смотрит на псов издалека.



Мы загрузились в подошедший автобус и поехали к подножью очередной Караульной горы. Той самой, где стоит часовня, изображённая на купюре в 10 рублей. Впрочем нет. Сначала пошли "есть слона". В городе Красноярске существует целая сеть столовых с оригинальным названием "Съем слона". Почему бы и не съесть слона, если предлагают? Только бивни нужно откладывать в сторонку, чтоб в зубах не застревали.



Получается, что Красноярск у нас самый «дешёвый» город. Десятирублёвый. А самый дорогой – Хабаровск. Он изображён на пятитысячной купюре. При свете дня Красноярск уже не кажется мрачным и туманным. Вполне красивый и ухоженный город. И даже машин на улицах немного, кажется, что их гораздо меньше, чем в Екатеринбурге.



А вон и дом-музей Сурикова. Правда, нам не туда. У нас экскурсия с природным уклоном.



К горе идём по улице…
-Улица имени кого? Паркинсона?
-Перенсона.
Сейчас–то я уже знаю, кто такой Перенсон.



А вот если капот автомобиля не красить...



Вот она, та самая гора Караульная.



Наверх идёт длинная лестница, что сильно напоминает мне Пермь и гору Вышка. И так же, как в Перми, на вершину есть более удобный путь. Им пользуются люди умные и местные. А наивные туристы-уральцы шаркают подошвами по длиннейшей лестнице.



И вот мы у часовни. Часовню построили на месте, где стояла то ли первая крепость, то ли поклонный крест. Мемориальная доска говорит нам о чудесном спасении Красноярского острога от нападения каких-то диких племён. Сами племена по имени не называются. Странно. Мы знаем, что в Тобольске жили сибирские татары, в Чердыни – остяки и вогулы. А кто жил до прихода русских в Красноярске? Какие народы?



А это что за птицы? Утки? Не бывает уток так далеко от воды. Ой, да это же куропатки. Куропатки в центре громадного города. Довольно крупные, толстенькие, пёстрые птички ходили небольшим стадом, щипали травку, пробивавшуюся из-под снега. И делали они это практически под ногами посетителей и туристов, пришедших к часовне.



Недалеко от первого я заметил ещё одно небольшое стадо куропаток. Вот это да! В других-то местах на них охотятся, а тут они спокойно гуляют по земле, как живая достопримечательность Красноярска. Я решил снять птичек с более близкого расстояния. Крадусь, как та лиса, стараюсь не шуметь.



Но у лисы лапки. А у меня ботинки со скрипучими подошвами. Так мне и не удалось подобраться к куропаткам поближе. Хоть они и городские птички, но близко к себе человека не подпускают. Аля ухитрилась сделать снимок с более близкого расстояния.



Город внизу уже начинает светиться красивыми разноцветными огнями.





А с гор спускается розовый закат. Ещё минут пятнадцать – и начнёт темнеть.





Кто-то говорил мне, что Красноярск похож на Тагил. Сейчас смотрю на него и думаю – нет. Не похож Красноярск на Тагил.





Хотя и тут, и там лысая гора. На горе – башня, под горой деревянные домики. А вокруг – горы и горы. Всё равно не похоже. Сибирские горы – другие.



"Ураловеды" на фоне сибирского заката.



Далеко же забрались мы от своих уральских краёв.



А потом гуляем по ночному Красноярску. Фотографируем.



Очень милая деталь Красноярска – машинка-кафе. Берётся старый автомобиль-фургончик. Реставрируется до идеального состояния. И оригинальное кафе готово. Я видел в центре города три таких машинки, и все разные.



-А это что за памятник гроссмейстеру О. Бендеру с постаментом в виде шахматной ладьи?
-Это ж граф Рязанов. Тот самый.
-А-а-а-а.



Граф был первым руководителем Российско-Американской компании. И при желании на него можно повесить разные издевательства над эскимосами и индейцами, которые имели место на Аляске в годы русского владычества. Хорошо, что у нас нет BLM. А то бы не устоять графу на шахматной ладье.



«Свобода» - это слово-символ Красноярска. Именно это слово написали революционные рабочие на каменном боку одного из знаменитых Столбов.



Да уж. Представляю, если бы у нас в городе Новоуральске на каком-нибудь доме написали бы «Да здравствует социальная революция!» У них- Столбы, у нас - скалы Семь Братьев. У них рабочие написали «Свободу», у нас - «Социальную революцию». Причём писали примерно в одно и то же время. Только вот «социальная революция» символом Новоуральска так и не стала.
Немного фото ночного города.





Ларёк со странным названием "Розпечать". Обычно пишут - "Роспечать" с буквой "С". Российская печать, не какая-нибудь там ещё. А тут - Роз... Там что, розы печатают? Так и не разгадали мы загадку этого названия.



Город Красноярск жалует всем гостям кедровую шишку.



А мы несколько устали. Сибирь в таких дозах - это для нас чересчур.





Наконец садимся в такси и едем в свой домик-хостел. Мы почему-то думали, что нас разместят всех вместе. Оказалось – всех селят по половому признаку, как в общаге. Мальчиков в одну комнату, девочек в другую.



-Утром ещё спортсмены приедут, а в мужской комнате спит таксист- сказала нам работница хостела, стриженая женщина в наколках.
Мы чего-то слегка приуныли от этой вести. Не особо хотелось жить в одной комнате с толпой молодых спортсменов. Но других вариантов не было.



К тому же, спортсмены приедут только завтра, а таксист спал мёртвым, беспробудным сном. Мы сидели в «женской» комнате за столом и ели хинкали. Хотели купить пельменей, но в ближайшем магазине их не было. Чтоб в Сибири, да не было пельменей…



Наконец все хинкали были съедены, чай выпит. Мы пошли и улеглись каждый в свой «комодный ящик». В ящике было просторнее, чем на полке в поезде и помягче. Простыни были чистые, вода в душе – горячая.



Красноярское время на два часа «больше» свердловского. И по нашим меркам ложиться спать было ещё рано. Но мы сегодня прямо с вокзала отправились на природу. И весь Божий день были на ногах. Лезли в гору, топтали улицы. И всё это при температуре ниже минус двадцати пяти. Устали мы страшно и заснули быстро. Только и успели надеть маски котиков.



И даже не вспомнили, что в эту ночь будет Рождество. Хотя, оправляясь сюда, думали в Рождественскую ночь зайти в храм. И храм тут был недалеко. А вот... Просто забыли от усталости и обилия апечатлений.
А на следующий день у нас запланировано поехать на Манскую петлю и на ГЭС. Но это будет уже другая история.
Tags: Красноярский край, Родина, краеведение, походы, птицы, путевые заметки, сообщество
Subscribe

Posts from This Сommunity “Красноярский край” Tag

promo novouralsk_2014 april 8, 2019 14:16 7
Buy for 30 tokens
Вчера вернулись из Дидинского тоннеля. Там мы отмечали день рождения нашей Жени jennifer_hot Отмечать день рождения под землёй - это конечно затея людей не очень уравновешенных, если не сказать больше, но вряд ли кто ещё в нашем городе сможет похвастаться чем-то подобным. Сам же…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 18 comments

Posts from This Сommunity “Красноярский край” Tag