Вадим Аверьянов (zorkiysokol) wrote in novouralsk_2014,
Вадим Аверьянов
zorkiysokol
novouralsk_2014

Category:

4. Человек из колодца или Perpetuum mobile по-русски /«Записки бывшего лекаря»/

Много лет назад, еще будучи студентом медвуза, я подрабатывал по вечерам в качестве медбрата в одной из хирургических клиник города С. Работа была интересной, так как в клинике было много разноплановых хирургических отделений, куда поступала масса больных с различной патологией по экстренным показаниям (что для меня было крайне важно, так как я всегда любил в первую очередь именно медицину неотложных, экстренных состояний). В те дни, когда больница была дежурной по городу, она походила на растревоженный улей - одна за одной к приемному покою подкатывали машины “скорой помощи”, по коридорам носились санитары с носилками, медсестры со штативами, системами, иммобилизационными шинами. В общем, была та милая моему сердцу деловая суета, когда каждый человек в белом халате, как говорится, знал свой маневр, знал куда и зачем он спешит.

Особым напряжением отличались ночные и послепраздничные смены (когда народ, дойдя до кондиции с помощью “андроповки” и “политуры”, начинал выяснять на кухнях, кто кого не уважает и почему, используя при этом тяжелые или острые подручные средства).

В один из таких послепраздничных вечеров (только что советский народ от всей души отметил очередную годовщину Великой Октябрьской революции) я пришел в клинику на ночное дежурство. Приняв смену, я заглянул в график дежурства врачей и удовлетворенно отметил: “Хоть в этом повезло”. В отделении в ту ночь дежурил доцент Матюхин - хирург от Бога, маг и кудесник в своем деле, попасть на операцию к которому мечтал каждый больной в отделении. Как пройдет дежурство, во многом зависело от того, кто возглавляет хирургическую бригаду. Матюхин оперировал быстро, без суеты и мандража, никогда не дергая подчиненных, за время операции всегда успевал рассказать одну-две занимательных истории. До, он умел создать вокруг себя какую-то комфортную, светлую ауру. Сколько бы ни было за ночь операций, все мы, дежурившие с Матюхиным, поутру не чувствовали привычной в подобных случаях разбитости, “оглушенности” после бессонной ночи - выходили в новый рабочий день с приподнятым, бодрым настроением. В тот вечер больных поступало, как и ожидалось, много - с ножевыми ранениями, с тупыми травмами живота и грудной клетки, с сочетанными травмами (как следствие разборок с помощью пустых бутылок, ножей и кулаков).

Около полуночи в отделение был доставлен бомжеватого вида субъект, который при первичном осмотре был скорее мертв, чем жив. Как сообщили врачи “скорой”, он был обнаружен в водосточном колодце. Но дежурную бригаду поразило далеко не это. Поражал объем повреждений, которые были у этого мужика: лицо - разбухшая, отечная синюшно-красная масса, в области туловища - множество колотых и резаных ранений плюс сплошные синяки и ссадины там, где должны быть половые органы - ровная, обильно кровоточащая поверхность, руки и ноги циркулярно изрезаны, как колбаса на столе, - в общем, зрелище не для слабонервных. Сколько он пролежал в таком состоянии в колодце, было известно одному лишь Богу, но жизнь еще теплилась в этом истерзанном теле.

Пока хирурги “мылись”, готовясь к операции, около бомжа колдовали реаниматологи, пытаясь поднять артериальное давление, стабилизировать сердечную деятельность. И вот хирурги начали колдовать над измочаленным человеческим телом, больше похожим на бесформенный кусок мяса (да простят мне это сравнение). На операции присутствовал немецкий врач - специалист по лазерной хирургии из ГДР. Он прибыл накануне в клинику для установки лазерного оборудования по приглашению Матюхина, который был ярым сторонником применения лазеров в хирургии и уже в то время достиг в этом значительных успехов. Во время операции немец удивленно смотрел на все, что происходило вокруг. Как я понял, его поражало то, как можно работать на той допотопной аппаратуре, которая применялась русскими хирургами. А тут еще у одного из ассистентов  порвались перчатки... но замены не нашлось (было время тотального дефицита). В довершение всего в клинике с утра не было холодной воды. Через два часа хирурги закончили свое дело, и больной был отправлен в реанимацию.


Я не удержался и задал Матюхину наивный вопрос непрофессионала: “Выживет ли больной?” Матюхин серьезно ответил: “Тяжелый парень, большая потеря крови, давление держит плохо, живого места нет ни внутри, ни снаружи. Все может быть... Может, и выкарабкается еще”. Однако стоявший рядом очкастый немецкий хирург-лазерщик четко по-русски произнес: “Это вряд ли, коллеги, вряд ли. Дотянуть бы ему до утра”. Через полчаса на операционном столе был уже новый пациент, были новые волнения, новые проблемы. Немец все время торчал в операционной, периодически качал головой и о чем-то шпрехал сам с собой.

Где-то под утро мне удалось на полчаса прикорнуть в дежурке и забыться тяжелым сном. Больше времени в запасе не было - нужно было готовить инструменты, сдавать смену, идти на занятия в институт.
Перед уходом я решил посмотреть, как там наш человек из колодца? У входа в реанимацию я столкнулся с Матюхиным и немцем - их интересовал тот же вопрос. Зайдя в блок, мы в замешательстве остановились - кровать, куда ночью был положен изрезанный бомж, была пуста. “Значит, все-таки не ускребся”, - подумалось мне. Заметив наши вопросительные взгляды, медсестра торопливо пояснила: “Он скоро придет, вышел покурить”. “Кто вышел, как?” - почти прошептал Матюхин. “Я знаю, что ему нельзя, я хотела его задержать, но он начал курить здесь”.

Тут же все наши сомнения развеялись - в дверном проеме появилась забинтованная фигура ночного пациента. Он в первую очередь поинтересовался, сможет ли он как-то ходить “по-маленькому”, после того что с ним произошло? Получив утвердительный ответ, мужик удовлетворенно произнес: “Это хорошо”.
А вот и его история, которую он нам вскоре поведал: давно бомжует, а тут приклеился к двум разбитным бабам - то у одной заночует, то у другой. Недавно собрались они как-то все втроем, естественно, крепко выпили. Пока кавалер отдыхал под столом, хмельные красавицы, видимо, решили наконец выяснить, кому же все-таки достанется в безраздельную собственность нечесаный ухажер. Так и не придя к согласию, они сделали так, чтобы он не достался уж более никому и никогда.

«Перпетум мобиле», - произнес, выслушав эту историю, немец. - Да, да, в вас, русских, заложен какой-то непонятный для других вечный двигатель”. ”Пожалуй, Вы правы”, - ответил Матюхин.

А что касается неудачливого донжуана, то он упорно настаивал на срочной выписке, объясняя, что его ждут какие-то (одному ему ведомые) неотложные дела. Причем по его поведению не было сколько-нибудь заметно, что он переживает по поводу случившейся с ним беды. Через полторы недели, так и не дождавшись «высочайшего» разрешения, бедолага сбежал из больницы.

Влад Аверьянов
/«Записки бывшего лекаря»/
Subscribe

  • незавидная ковидность

    Пришла моя очередь рассказать о том, «как мы пережили ковид». Надеюсь, всё-таки, что мы его пережили. Я сейчас буду рассказывать историю моей…

  • Крепостные Росатома

    Село Тарасково в числе других населенных пунктов Новоуральского Городского образования оказалось заложником политики Росатома.…

  • Дорога на Конжаковский камень закрыта.

    Оригинал взят отсюда. Вдруг и неожиданно собрались посетить самую высокую гору Свердловской области — Кожнаковский Камень. 7 часов неспешной…

promo novouralsk_2014 april 8, 2019 14:16 7
Buy for 30 tokens
Вчера вернулись из Дидинского тоннеля. Там мы отмечали день рождения нашей Жени jennifer_hot Отмечать день рождения под землёй - это конечно затея людей не очень уравновешенных, если не сказать больше, но вряд ли кто ещё в нашем городе сможет похвастаться чем-то подобным. Сам же…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments