Вадим Аверьянов (zorkiysokol) wrote in novouralsk_2014,
Вадим Аверьянов
zorkiysokol
novouralsk_2014

Categories:

2. А был ли мальчик? /«Записки бывшего лекаря»./ ©

В отличие от других профессий врач, получая диплом о высшем образовании, не получает права самостоятельной работы (так по крайней мере было в начале 80-х). Чтобы получить возможность самостоятельной практики, выпускник медвуза должен был пройти годичную стажировку (чаще всего по месту будущей работы) - интернатуру. Вот и мне пришлось проходить эту интернатуру в небольшом городе N.

Однажды начмед неожиданно вызвал меня к себе и сделал еще более неожиданное предложение - поехать в соседний город в качестве неонатолога (специалиста по лечению детей раннего возраста) месяца на 2-3. Ситуация была вызвана тем, что роддом города N встал на плановую “помывку” и рожениц отправляли в роддом города С. Пикантность предложения заключалась в том, что до окончания курса интернатуры я просто не имел права самостоятельной работы и уж тем более не мог быть отправлен в какую-либо командировку. В город С. должен был ехать штатный неонатолог, но то ли он был в отпуске, то ли ему просто не захотелось сниматься с насиженного места, а может быть, он был нужен в городе N (жены “шишек” продолжали рожать в комфортабельном роддоме города N, где для этого было оставлено несколько палат).

Учитывая то, что я не успел еще пройти курс соответствующей специализации и соответственно не владел всем объемом необходимых навыков, от предложения я отказался. Однако уже главный врач на следующий день убедительно попросил меня зайти к нему. Что-что, а уговаривать он умел. В общем я поехал в город С. в качестве специалиста с 3-летним стажем, “мастером на все руки” (ох уж эта самонадеянность молодости).

Что интересно, “раскусить” меня местные медики так и не смогли. Причин тому несколько: во-первых, все шесть лет учебы я вечерами подрабатывал в клиниках и владел поэтому многими практическими навыками, знал неплохо медицинское оборудование, умел работать руками; во-вторых, я торчал в роддоме 24 часа в сутки, по ночам читая новейшую специальную литературу. В общем втянулся в напряженнейший график работы (маленький роддом города С. временно был вынужден принимать рожениц из 3-х городов и сотен сел) - все шло как по маслу. Это при том, что объем работы был непомерно велик. Каждый день рождались десятки новорожденных со сложнейшей патологией (желтуха, нарушения нервной системы - врожденные и приобретенные в результате применения акушерами при извлечении младенца щипцов или вакуума). Палаты были переполнены мамашами и малышами, орущими кто в кроватях, кто в специальных кувезах.

В один из дней акушеры сообщили мне, что они будут проводить одной из рожениц кесарево сечение. Участие в этой операции было для меня не в новинку. Как обычно, я попросил медсестру приготовить все необходимое, что может мне понадобиться в оказании помощи новорожденному. Минут через 15 на мой вопрос: “Все ли готово?” - она ответила утвердительно. Но... но, подняв салфетку на специальном столике, я там не обнаружил и половины ожидаемого - для достижения результата пришлось применить слова из богатого народного фольклора.

Для проведения наркоза и возможных реанимационных мероприятий по санавиации была вызвана бригада анестезиологов-реаниматологов из областного центра (своих анестезиологов в штатах роддомов предусмотрено не было). Операция началась. Ничто не предвещало никаких эксцессов. Была вскрыта матка, и новорожденный малыш был наконец извлечен из своего привычного ложа. То, что мы все увидели, нас сразу вывело из благодушно-расслабленного состояния. У парня было тройное обвитие пуповины вокруг шеи, цвет его кожи был иссиня-черный, что говорило о сильнейшем недостатке кислорода и повреждении капилляров.

Мы быстро освободили шею мальчика от пуповинной удавки, но самостоятельного дыхания не было. Пока реаниматолог готовил аппарат для искусственной вентиляции легких, мы с медсестрой проводили отсос слизи из дыхательных путей, вводили в вену пуповины необходимые растворы. “Готов?” - спросил я у реаниматолога. “Почти”, - сказал он, возясь с трубками аппарата. Я быстро заинтубировал ребенка (вставил трубку в трахею) и, так как он сам дышать не собирался, начал искусственное дыхание по принципу рот-трубка. Напряжение было почти запредельным, медсестра то выслушивала сердечные тоны, то шлепала малыша по пяткам (есть и такой прием).

“Сердцебиение участилось” (при асфиксии характерен крайне редкий пульс), - сказала медсестра через минуту. Я заметил, что синюшность стала не столь интенсивной, появились отдельные двигательные рефлексы. “Слава Богу, может, вытянем”, - подумалось мне. Тут реаниматолог наконец соединил интубационную трубку с аппаратом ИВЛ и приготовился к запуску аппарата. Я взял фонендоскоп и начал следить за сердечным ритмом.

То, что произошло в следующие секунды, я не видел ни в одном фильме ужасов - мальчик вдруг начал резко раздуваться (грудная клетка, живот, мошонка), под моим фонендоскопом зазвучал страшный скрип. Я резко развернулся к аппарату ИВЛ и реаниматологу, выдернув вставленный им шланг из интубационной трубки. Как выяснилось, произошло следующее: то ли сам реаниматолог, то ли его анестезистка подключили ребенка непосредственно к редуктору кислородного баллона, минуя аппарат ИВЛ, то ли в спешке, то ли черт его знает... Устремившийся в легкие ребенка под высоким давлением кислород порвал все и вся, сделав из парня футбольный мяч.

Выйдя из операционной, я в оцепенении сел за стол в коридоре. Вдруг в той операционной, откуда я только что вышел, послышался смех. “Брежу что ли?”, - подумалось мне. Вскоре вся операционная бригада вывалилась в коридор. “Да не переживай ты. Ребенок этой бабе все равно не нужен, она и сама об этом говорила. Спишем как мертворожденного. Да и если бы спасли мы его после такой асфиксии, скорее всего он дураком бы остался. Пойдем лучше покурим”, - увещевали меня опытные зубры медицины.

Жизнь продолжалась, продолжалась работа, но “спишем, спишем, спишем” еще долго сверлило в моем мозгу.


© Влад Аверьянов

/«Записки бывшего лекаря»/

Subscribe

promo novouralsk_2014 april 8, 2019 14:16 8
Buy for 30 tokens
Вчера вернулись из Дидинского тоннеля. Там мы отмечали день рождения нашей Жени jennifer_hot Отмечать день рождения под землёй - это конечно затея людей не очень уравновешенных, если не сказать больше, но вряд ли кто ещё в нашем городе сможет похвастаться чем-то подобным. Сам же…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments