guriny (guriny) wrote in novouralsk_2014,
guriny
guriny
novouralsk_2014

Categories:
Оригинал взят у jenior2017

"Память – это свойство запоминания, хранения и воспроизведения информации. Она представляет собой огромное хранилище, но реально используется не более 10 %. Это указывает на то, что важны не только процессы памяти, но и процессы забывания"
 


Эта история началась солнечным мартовским днем, пол года назад.
Я торопился с обеда в офис, и, пробегая знакомой дорожкой у обелиска, сделал замечания двум балующимся в снегу за оградой школьникам: «Ребята, ну что Вы за оградой то валяетесь? Это же памятник!».
Веснушчатый озорник (очень похожий на «мальчиша-плохиша») брызнул на меня капельками голубых глаз и спросил непосредственно: «А, что?».
«А на самом деле что?», задумался я об этом месте, мимо которого прохожу ежедневно по нескольку раз.


На следующее утро пробегая, привычно, мимо этого места, я уже внимательнее осмотрел памятник, отметил, что оградка покосилась, звезды какого-то желтого цвета, словно латы.</p>

Иду в задумчивости дальше и автоматически говорю «привет» старой лиственнице рядом, которая, пожалуй, гораздо чаще, чем памятник, привлекала мое внимание своей стАтью.


И, вдруг, слышу «привет» со стороны дородного, испещренного ярким рельефом коры ствола.
Пошел дальше, недоуменно пожав плечами.


Весь день думал об этом, но, работа оторвала меня от такой странности и убегая этой же дорогой обратно домой от «злобных жителей», я даже и не вспомнил об утреннем событии. Во сне снились какие-то пушки, бронепоезда, лошади, сабли и винтовки. Проснулся «ни свет – ни заря», наскоро позавтракал и, раньше обычного, полетел к лиственнице, чем очень удивил жену.


«Привет», я осторожно приблизился к её заскорузлому телу.
Робко потрогал ладонью кору, приложил ухо и, вдруг, услышал, как тихою мощью по сосудам течет весенний сок жизни, поднимаясь из земли, наполняя плотное тело, раскидистую крону, словно кровь вены, артерии, сосуды и капилляры.
Я почувствовал, как вниз от кроны плавно падает мне на голову, пропитанная небом и звездами, космическая энергия и наполняет меня от макушки до пят.
«Здравствуй, человечек. Я не твое дерево! Твое - вон там, моя сестра младшая!» роскошная лапа качнулась в cторону «Красногвардейского проезда», где у дома №2 на пригорке одиноко стоит, уже давно мною облюбованная лиственница. Я не друид, но любуюсь красивыми деревьями и часто разговариваю с ними.


Да, знаю», робко прошевелил я мыслями в ответ, «только молодая она, не видела она того, что волнует меня. А чуть меньше сотни лет назад на этом месте что-то произошло, помоги понять, ведь тебе то уже, глянь -  112, самый сок!».
Она помолчала, а потом я услышал: «Не ёрничай! Дамам о возрасте не напоминают!»
«Ой, извините-пожалте, мадам, мадмуазель, леди, тётенька…даже не знаю, что Вам больше нравится?», скороговоркой забормотал я.
«Называй меня Доней.» - прервав меня, она произнесла это слово певуче и растянуто.
«Хорошо, Дооооня», ободрено с готовностью к диалогу, прошептал я и опасливо оглянулся – нет ли кого в столь ранний час? Было бы странно застукать меня в обнимку с лиственницей и бормочущего что-то невнятное, касаясь губами коричневой коры старого дерева.




Я обращался к ней с уважительным придыхом: «Скажи, ты ведь единственный сегодня свидетель? Что здесь произошло? Почему этот памятник героям гражданской войны поставили в далеком 1949 году?» - и это было все, что я знал.
Она глубокомысленно вздохнула, но ничуть не удивилась моему вопросу, а передала мне в подсознание:
«Люди в серых телогрейках, нашли случайно, когда копали дорогу. Я еще тогда, боялась, что спилят меня, но, как-то обошлось. Человек с треногой прошел в десяти метрах от меня, а потом бульдозер начал валить лес. Там то и обнаружили кости…»
Она устало зевнула и попросила меня прийти потом.
Весь этот день я не мог нормально работать и реагировал на все возникающие рабочие ситуации неоднозначно. Весь вечер я вытаскивал из сети информацию про этот памятник, кое-что находил и ужасно нервничал, когда меня что-то отвлекало. 


«От героев былых времен не осталось порой имен…»
 


Нарыл я в интернете того, кто распорядился установить самый первый памятник на территории нашего города:
 


1. Памятник героям гражданской войны был создан по приказу начальника строительства И.П. Бойко в 1949г.
 


2. В 1957 году к очередному празднику Великой Октябрьской социалистической революции он был реконструирован и воссоздан в виде бетонного обелиска, стилизованного под штык, была отлита мемориальная доска: «Красногвардейцам гражданской войны, павшим за Советскую власть. 1918 г." позднее, установлено чугунное ограждение.
 


3. Участок однопутной «Горноуральской железной дороги», построенный для сообщения между  Екатеринбургом и г.Нижний Тагил в 1917-1918 имел стратегическое значение на фронтах Гражданской войны, с участием: колчаковцев, корниловцев,  белочехов, казаков-дутовцев, красноармейцев, бунтовщиков, эсеров, меньшевиков, большевиков, зеленых (кто не за белых и не за красных, а против всех), кулаков-старообрядцев, мадьяр и, … даже китайцев.
 


4. Станция «Верх-Нейвинск» и участок железной дороги до 118 разъезда (теперь ст. «Мурзинка») и  ст. Таватуй были местом ожесточенных боев за право свободного продвижения между Екатеринбургом и Нижним Тагилом, а далее до Перми к судоходной Каме.
 


5. Была еще известная своим коварством, Верх-Нейвинская операция 22-26 августа 1918 года.
 


Было окружение трех бронепоездов красных между станцией «Верх-Нейвинск» и 118 разъездом. Белочехи, под предводительством полковника Войцеховского, по старой Таватуйской дороге тайно обошли красноармейцев и, окружив их разгромили.
Но, почему три памятника погибшим героям Гражданской войны? (кроме обелиска в городе – еще один памятник у «Мурзинки» и один на ст. Таватуй), если операция имела одно место – между двумя станциями?
Вопросов становилось все больше.
Почему на памятниках тех боев не указаны фамилии тех, кто оборонялся, а только тех, кто нападал?
 


Вот, со всем этим "нарытым" багажом, я торжественно штыком стоял ранним мартовским утром у подножия старой лиственницы, чтобы, известить мою странную собеседницу-информатора».
 


Она молча, не перебивая, послушала мой восторженный отчет, и сказала –
«Это не они тут лежат, все было раньше! Ищи вон там! При этом качнула правой ветвью в сторону старого «Верх-Нейвинского» завода, что находится на противоположном берегу от станции и пригорка с обелиском, интересующим меня.
 


История приобретала детективный оттенок и этим увлекала меня все больше.


«…На нас напали злые чехи…»
 


Прежде всего, мне нужно было восстановить кто такие нападающие на укрепленный 3 бронепоездами красных участок между 118 разъездом и ст. Верх-Нейвинск:
 


1) полковник С. Войцеховский
2) прапорщик А.Чила
 


Белочехи:
 


По фатальной ошибке Троцкого, с 1917 г. в руках восставших чешских легионеров оказалась не только «Горноуральская железная дорога», но и «Транс Сибирская магистраль» и…даже золото империи Российской, которое они после «Ледового похода» успешно сдали Антанте.
Единственная магистраль, связывающая самые дальние концы Империи, оказалась в руках белочехов.

 


Полковник А.Войцеховский:
 


Молодой, амбициозный русский офицер царской армии, под покровительством генерала Колчака, возглавил передовой отряд восставших чешских военнопленных, абсолютно без потерь занял город Челябинск, блестяще проявил себя при захвате городов Екатеринбург, Пермь, Омск.
 


Там же, в Екатеринбурге, он встретил красавицу интеллигентку, ставшею ему верной женой.
Дослужился до чина генерала Чешской армии, но умер в России в лагерях Гулага.
 


Прапорщик А.Чила:
 


Настоящий чех, работал инструктором в Одессе и Киеве, затем влился в белую армию разведчиком. Однажды пуля красноармейца попала ему в приклад винтовки, умирая тот красноармеец сказал ему, что Чила никогда не погибнет на войне.
Так и случилось, своим участием в охране и исчезновении «золотого поезда», отчаянной храбрости он дожил до преклонных лет в звании генерала Чешской армии и похоронен в Праге.


 ***
 


Следующим утром в ненастную погоду, когда дождь переходит в снег, а снег в дождь, я пробрался к теплому стволу и приложился доверчиво ухом к тугому стволу. То, что бормотала в полусне Доня, поразило меня в самую душу.
Было ощущение, что она все прошлые сутки, разбуженная тревожными воспоминаниями, все говорила и говорила, а меня рядом не было.
«…видела отсюда, как с балкона деревянной башенки кричал человек, а другие человечки махали  руками. Потом на машине приехали люди с винтовками, стреляли вокруг. Помню, как по железной дороге мимо меня проехала платформа с пушками, пушки стреляли в поселок, но вскоре уехали обратно.
Помню на станции одни люди рубили других людей саблями, кричали, стреляли…много крови…много…страшно мне было тогда, особенно, когда снаряды рвались рядом. Вон там мама моя была разорвана осколком пополам…»
 


и тут я увидел, как прозрачной слезой, медленно, словно сквозь годы, по извилистой коре  прокатилась капелька, а выше её, уже старые окаменелые бороздки смолы, говорили о тяжелых воспоминаниях прошлых лет.
 


«Ни кто не может нас понять
Таких, кто в рамки их не входит.»
 


После первой мировой войны, на большинстве предприятий Урала работали пленные австро-венгры. Сами же рабочие, через тернии возвращались домой долго и мучительно.
Большевики вынуждены были проводить прод - разверстки и мобилизацию населения на борьбу с белыми. За это их не любили. Не любили их и в Верх-Нейвинске.
Зажиточные староверы, по крохам собиравшие себе хозяйство, не желали делиться с новой властью своим добром, пленные рабочие на заводах ненавидели новых хозяев жизни.
Бывшие заводчики не просто ненавидели советскую власть, они питали к ней лютую ненависть.
Частые грабежи, погромы и пьянствующий беспредел были и со стороны красных и со стороны белых.
Зачастую деревни, поселки и даже города попеременно подвергались насилиям то с той- то с другой стороны.
 


Анекдот тех лет:
«Сижу, пью чай. Стучатся. 


Открываю дверь. 


«Ты - за белых или за красных?» 


Отвечаю: за белых. 


Снимай штаны! 


Снимаю штаны. 


Бъют по ж@пе.
Сижу, пью чай. Стучатся.


Открываю дверь. 


«Ты – за белых или за красных?» 


Отвечаю: за красных. 


Снимай штаны! 


Снимаю штаны. 


Бъют по ж@пе.
Сижу, пью чай. 


Стучатся. 


Снимаю штаны. Открываю дверь. 


Ой! Соседка за солью пришла!».
 


В старом заводском поселке Верх-Нейвинске, подстрекаемый старой гвардией, поднялся «на дыбы» рабочий народ против советской власти. Вот, почему не пишется и не говорится об этом нигде. А раскопал об этом я в воспоминаниях Евдокимова В.Ф. из его книги «В боях и походах»:
«На площади начали появляться купцы, офицеры и все им сочувствующие. Остальные жители шли неохотно: надоела им эта канитель. Прошло немного времени, и Сашка Аристов вышел на балкон. А я спустился вниз, поближе к людям. Вижу, собралось немного рабочих. Обращаюсь к ним:
— Требуйте освобождения арестованных! Большевики стоят за народ. Главари восстания вас обманывают...
— Заткните ему глотку! — раздался свирепый выкрик откуда-то сзади.
Оказывается, за моей спиной находился поп Иван Рубан. Он был ярым противником Советской власти и в злобе своей не знал удержу.
— Долой! Убить! — поддерживали Рубана его приспешники.
На площади поднялся гвалт. Не знаю, чем бы окончились мои функции парламентера, если бы в это время не послышался гул приближающегося боя. К Верх-Нейвинску подходили красные.»

 


"...И в дни мятежного волненья,
Когда ограбят нас враги,
Терпеть позор и униженья
Христос, Спаситель, помоги!..."

Из воспоминаний большевика Евдокимова А.В.
 


«…Главным организатором контрреволюционного выступления в Верх-Нейвинске был управитель завода эсер Печковский. Он суетился больше всех, организуя охрану и т. п.
Контрреволюционеры захватили членов Совета врасплох, бросив гранату в окно комнаты, куда собирались активисты на заседание. Особого вреда людям граната не причинила, но неожиданный взрыв вызвал замешательство. Этим и воспользовались мятежники.
Арестовав основную группу большевиков, враги тотчас же начали устанавливать свою власть. Вместо красных флагов вытащили старые царские флаги. Объявили новый состав земской управы. Первым актом этой новоявленной власти было преследование большевиков.
Из здания Совета нас под усиленным конвоем препроводили в здание заводской конторы и упрятали в подвал. Просидели мы там трое суток, а на четвертые услышали артиллерийскую стрельбу. Огонь вели орудия прибывшей на станцию железнодорожной охраны. Один снаряд угодил в церковь, второй — в школьное здание.
Мятежники переполошились. В подвальное окно нам было видно, как они начали собираться с оружием возле заводской конторы. Железнодорожники спешили к нам на выручку, но сил у них оказалось маловато…»
 


Мне стало понятно, отчего случился мятеж. Большевиков ненавидели за продразврестки, конфискации, за то, что мобилизовав кадровых рабочих, останавливались целые производства. Да, и чего скрывать, было и так, что грабили, пили, глумились не хуже махновцев или дутовцев. 


Страшное было время. 


Сейчас, когда я представляю себя в том времени, мне кажется, что не факт, что я бы был на стороне красных, если бы раскулачили моего деда или забрали на войну брата.
 


Вернусь к воспоминаниям Евдокимова А.В. (единственный источник, описывающий конкретно «то самое время в этом самом месте»)
 


«…Верх-Нейвинск заняли венгры, бывшие военнопленные, добровольно вступившие в Красную Армию, беззаветно помогавшие русским в борьбе с врагами Советской республики.
…В районе Верх-Нейвинска натиск белых сдерживал Горный полк под командованием Григорьева.»


 *Моя ремарка: Александр Семенович через год был ранен под Нижним Тагилом и умер в 25 лет. Красноармейскую заставу в сотню человек на железнодорожной станции атаковал крупный отряд казаков.
 


"...Застава встретила наступавших пулеметным огнем. Завязался кровопролитный бой. Казаки не смогли одолеть заставу и отступили. Это была первая схватка с белогвардейцами под Верх-Нейвинском и первая победа над ними...".
 


* Моя ремарка: Командовал наступательной операцией со стороны казаков войсковой старшина В. Кручинин: Дослужился до командира казачьего полка атамана Дутова. Участвовал в «Ледовом походе». В 1920 году эмигрировал в Китай. Работал бухгалтером, начальником канцелярии в похоронном бюро.
В 1945 году был похищен СМЕРШ из Харбина, дальше судьба его не известна, хотя очевидна.
 


Обороняли заставу красноармейцы из Верхней Синячихи
 


А вот тех, кого не успели эвакуировать, а затем белочехи подняли на штыки, получается,  похоронены на ст. Таватуй.
Картина с 3 безымянными памятниками начинает проясняться.
 


А это завершающие слова в повествовании:
"...Погибших красноармейцев мы похоронили на станционном пригорке. Теперь там возвышается памятник храбрым героям.
 


Оборона красных под Верх-Нейвинском сильно мешала белым, поэтому они повели наступление более крупными силами. У врага нашлись и пособники. Бывший лесничий Редников по лесным тропам вывел белых в тыл красным частям.
Прорвавшись из Таватуя, белобандиты оседлали Кунарскую дорогу и овладели частью Алексеевского поселка. Со стороны 118-го железнодорожного разъезда наступал полк белочехов.
Красные части, избегая окружения, прорвались с боями по лесным дорогам. Застава со станции отступила по железной дороге к Нижнему Тагилу. Но два вагона с ранеными венграми и красноармейцами оказались отрезанными между станцией и разъездом. Горстка истекающих кровью храбрецов мужественно отбивалась гранатами от наседавших врагов. Силы бойцов иссякли. Враги взяли вагоны в плотное кольцо, а ночью подожгли их. Всех, кто пытался выскочить из вагонов, расстреливали.
Остальные погибли в огне.» - и это оказалась та самая загадочная могила 39 красноармейцам, между
118 разъездом (ст. Мурзинка) и 447 км (ст. Верх-Нейвинск).
 


Но, мною был не до конца выявлен один вопрос. Откуда взялись в бронепоездах венгерские бойцы? И вот, где я нашел ответ:
 


А венгерские бойцы оказались ранее плененными в 1 мировую австро-венграми, а затем отправленными работать на заводы Урала. Вот отрывок из старой газеты:
 


===


«Меняются герои, нравы,
Взгляд на страну и целый мир.
И кто вчера вершил расправы  -
Герой сегодня и кумир!»

Доня следующим утром мне прошептала, что видела тогда красивого офицера на белом коне, что видела, как разбирают железную дорогу и готовят орудия к бою.
Так завершалась Верх-Нейвинская операция, открывающая континенты для продвижения легионеров к Каме:
 


Вот какая вырисовалась у меня краткая хронология тех смутных дней:
 





  • 13 июня 1918 года пос. Верх-Нейвинск занят повстанцами из Невьянска      при поддержкеместных заводчиков и купцов-староверов.

  • 16 июня 1918 года освобожден красноармейцами.

  • Станцию Верх-Нейвинск охраняли 100 (из них 70 – мадьяры,      мобилизованные с Нижнетагильских заводов большевиками) бойцов  2      Горного полка, под командованием Григорьева.

  • 8 июля 1918г. на станцию напали бело-казаки под командованием      войскового старшины Кручинина В.В. Атака, начатая со стороны д.Починок      через конно-жделезную узкоколейку из д.Тарасково, была отбита.


 


Более сотни погибших красных бойцов похоронили на станционном пригорке. (9 июля 1918г.)
Оборону усилили бронепоездом из Перми.
 





  • 23 – 26 августа 1918       г. началась Верхнейвинская операция подполковника      Войцеховского.

  • 11 июля 1919 г.      Верх-Нейвинск освобожден частями Красной армии, наступающими со стороны г.      Нижний Тагил.


***
 


Вчера утром, закрываясь от колючего снега, пробившись через сугробы я прикоснулся к телу Дони. «Привет! Теперь я знаю, что здесь произошло. Ведь это было именно так?» - я поднял голову к кроне и ждал ответа.
На мое лицо опустилась дымка искрящихся снежинок с роскошной кроны, качнувшейся мне в утверждении.
«Да! Так оно и было. Расскажи об этом всем».
Я ей пообещал, что расскажу и оставлю её в покое полусонного состояния, медитирующую в лучах восходящего солнца, освещающего багрянцем пристанционный пригорок, где стоит безымянный памятник.
 


И в заключении о памятниках:
В 90-х годах был профинансирован городскими властями целый комплекс со скульптурной группой, благоустройством, отделкой гранитом в месте, где стоит обелиск с желтой звездой и покосившейся оградой. Но, вскоре, перестройка не дала перестроить место памятного боя, а скульптурная группа сейчас свалена на задворках учреждения в котором я работаю теперь.
 


Зато памятник чешским легионерам в Екатеринбурге на Михайловском кладбище ПОИМЕННЫЙ выделяется своей ухоженностью, среди покосившихся надгробий.
 


Воистину: "Памятник от слова память!"
 


06 апреля 1917 г.....2017г. 


Tags: Верх-Нейвинск, Новоуральск, история, памятники
Subscribe

promo novouralsk_2014 april 8, 2019 14:16 8
Buy for 30 tokens
Вчера вернулись из Дидинского тоннеля. Там мы отмечали день рождения нашей Жени jennifer_hot Отмечать день рождения под землёй - это конечно затея людей не очень уравновешенных, если не сказать больше, но вряд ли кто ещё в нашем городе сможет похвастаться чем-то подобным. Сам же…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 27 comments